Предмет, находящийся далеко – кажется маленьким. Весло, опущенное в воду – кажется сломанным. У человека, болеющего желтухой, меняются вкусовые и цветовые ощущения. Более того – могут быть фантомные боли. Например, нога – ампутирована, а кажется, что болит палец именно на этой ноге, а на самом деле – всей ступни давно нет. А, значит, мои органы чувств могут мне врать даже обо мне самом.

Может быть обман подсознания и обман рекламы или пропаганды. Может быть сбой логики или неполнота знаний, переданных мне по традиции… В общем, у ошибок и иллюзий много причин. Философия же как раз и предупреждает: будь настороже, храни себя от идолов.

И вот там, где религиозная жизнь не сводится к исполнению обрядов и ритуалов, всюду, где религиозная жизнь пробует осмыслить себя, там рождается философия. Первая же идея новорожденной философии — это идея иерархии бытия. Как говорится в «Аниматрице», человек выше машины потому, что он может спать. А, значит, он знает, что есть состояние сновидения. Есть реальность виртуальная и есть иное. А для машины нет иной реальности, кроме виртуальной. И хотя сон не говорит правды о реальности, он открывает правду о структуре человеческого разума (о том, что он может грезить).

Есть разные уровни бытия. Есть – бытие, а есть – быт. Есть – житие, есть – жизнь. Есть – вечность, а есть – время, история, калейдоскоп событий. Человек стоит на грани этих миров. Но порой он забывает о своей пограничности и ощущает себя в тылу. Такого человека религиозный философ начинает трясти и будить: «Не спи, проснись художник, не предавайся сну! Ты Вечности заложник у времени в плену!» (Борис Пастернак).

Классический философский текст, в котором нетрудно узнать сюжет «Матрицы» — это миф о пещере, познакомиться с которым можно в “Государстве” Платона.

Некие люди пленены и скованы цепями в горной пещере. Они скованы так, что сидят спиной к выходу. Только иногда люди видят перед собой на стене игру лучей и теней от солнца или светильников. Они сидят в этой пещере с детства. Они забыли, что существует огромный внешний мир и думают, что вот эта игра теней – это единственная реальность. На деле же это – игра теней . Как потом, спустя столетия, скажет русский неоплатоник Владимир Соловьев: “Милый друг, иль ты не видишь, что всё видимое нами только отзвук, только тени от незримого очами”.

Индийская философия также стремится разбудить человека. Ее первый призыв: человек, познай и признай свою ослепленность. В индуизме привычный для нас поток ощущений называется Майа. Майа – это сон, который снится Брахману, первоначальному божеству. Брахман – спит и видит сны, а мы с вами – персонажи другого сна, чужого сна. Вот в этом – отличие индийской философии от европейской. Декарту кажется очевидным, что раз он мыслит, значит, он существует. В индийской философии считается, что мысль человека может быть порождена чужим сознанием, а не его собственным. Итак, человек ест порождение чужого сна, да и сам вдобавок спит. Человек есть сон во сне. (На что немецкий поэт Рильке протестует: «Я больше сна во сне. Не мину!» ).

А буддизм – это вообще философия улыбки чеширского кота. Улыбка – есть, а кота – нет. То есть: есть – поток сознания, но нет субъекта сознания. Личности нет ни в мире людей, ни в мире богов (этот тезис в буддизме называется «анатман»). В индуизме Брахман спит и видит сны. Если он проснётся, то мир – исчезнет, и мы с вами – растворимся. В буддизме же нет Бога. Весь мир – иллюзия, а чья – мы не знаем. Знаменитый коан, “загадка без ответа”, дзэн-буддистской традиции: “Однажды встретились Будда и бабочка и смотрят друг на друга.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57